Задать свой вопрос

Имя
Email
Суть вопроса

Информационная оккупация как новый концепт в международном праве

После оккупации Крыма информационное поле полуострова значительно изменилось. Многие журналисты покинули территорию, местные СМИ закрылись. Известными стали также случаи преследования любого несогласия с фактом оккупации или новыми властями, выраженное в социальных сетях. Эти и другие факты свидетельствуют о наличии «информационной оккупации». Это понятие означает, что враждебная власть, которая де-факто и де-юре оккупировала территории вместе с информационным полем другого государства, ограничивает или искажает доступ к информации. Тем не менее, несмотря на известное определение оккупации, понятие «информационной оккупации» не имеет общепринятого значения.

Поэтому, мы рассмотрим его составляющие как в общем контексте оккупации, так и в отдельных моментах, связанных с информационной безопасностью страны.

Доступ к информации в контексте прав и обязанностей оккупационных властей

Возможность использования термина «оккупация» в контексте информационного пространства значительно затрудняется из-за проблем установления момента ее начала. Сегодня можем наблюдать склонность называть оккупацией любую ситуацию, связанную с иностранным контролем, независимо от того, как это произошло, и является ли это временной или долгосрочной ситуацией.

С правовой точки зрения, если территория находится под эффективным контролем враждебных иностранных вооруженных сил, даже если не было вооруженного сопротивления, оккупация считается возникшей, а соответствующие положения гуманитарного права являются применимыми. При этом уровень одобрения оккупации не имеет значения для применения гуманитарного права. Наиболее сложным вопросом является суть этого «контроля».

Пример Украины является подходящим в данном случае. Часто, оккупирующие государства ссылаются на поддержку местного населения. Что мы можем наблюдать и в ситуации с так называемым референдумом в Крыму. Тем не менее, с юридической точки зрения, наличие соглашения между оккупационной властью и местными властями не могут лишать население оккупированной территории защиты международного гуманитарного права, о чем сказано в статье 46 Женевской конвенции IV. Население этих территорий также не может отказаться от этих прав, что сказано в статье 8 Женевской конвенции IV.

Таким образом, государство-оккупант несет ответственность за обеспечение общественного порядка и безопасности, а также благосостояния населения на оккупированной территории. Но в отличие от тех же культурных ценностей, СМИ и информация не пользуются специальной защитой в контексте прав и обязанностей оккупационных властей.

Тем не менее, некоторые другие нормы гуманитарного права могут затрагивать вопросы СМИ, среди которых обязанность защиты военнопленных от оскорблений и публичного любопытства (статья 13 Женевской конвенции III, статья 27 Женевской конвенции IV).

Свобода выражения мнения и информационный суверенитет

Как мы видим, международное право практически не содержит релевантной информации по вопросу концепта «информационной оккупации». Впервые это понятие стало известным в ходе обсуждения проекта Концепции информационной безопасности Украины во второй половине 2015 года. Основная цель этой концепции заключалась в том, чтобы предотвратить пропаганду, направленную на страну извне (из России). Минусом этого документа была сложность в формулировании определения пропаганды и риск установления ограничений на медиаконтент в законодательстве, а не его оценка на основе общих правил (например, запрет подстрекательства к ненависти и насилию).

Помимо пропаганды, информационная оккупация оказалась тесно связана и с понятием «информационного суверенитета», который также является новым (или вновь возрожденным) и не имеет широкого распространения. Он может быть определен как высшая власть государства в вопросах принятия решений и поддержания порядка в отношении передачи информации внутри государства и наличия равного и независимого права на создание, передачу и использование информации свободно, без любых внешних вмешательств.

Но и это понятие, не в последнюю очередь из-за спекуляций таких стран как Россия и Китай, поддалась критике международного сообщества. Без сомнений, суверенитет сохраняет важную роль в международном праве, поскольку на его концепции базируется, например, принцип невмешательства во внутренние дела других стран. Однако, на практике, в современном глобальном обществе ни одна страна не может действовать независимо от других. Попытка встроить эту концепцию в очень взаимосвязанное информационное пространство еще более сложна. Не отрицая права каждой страны самостоятельно определять свою собственную политику, в том числе относительно средств массовой информации, следует признать, что в обществах со свободой выражения мнения, это не должно ограничивать граждан в получении доступа к контенту из других стран (или распространении его в другие страны).

Таким образом, нет сомнений в том, что с учетом важности информации в современном обществе, оккупация информационного пространства может быть столь же важной или даже более важной, чем физическая оккупация территории. Использование термина «информационная оккупация» представляется оправданным для привлечения внимания к такому явлению. Тем не менее, не стоит им злоупотреблять в правовой сфере. Оккупация имеет определенное юридическое значение и критерии. В то же время, на информационное пространство эти критерии перенести нелегко. Более того, введение новой концепции, чьё значение с самого начала выглядит расплывчатым, несет риск того, что она может быть интерпретирована как позволяющая ограничивать свободу информации.


Статья подготовлена на основании Тематического обзора ситуации с правами человека в условиях оккупации «Крым без правил. Выпуск №4. Информационная оккупация».

Смотрите также

Російський геноцид в Україні: 100 років винищення української нації
Аналитика

Пам’ятка кримського призовника

На тлі провалів на фронті та величезних втрат серед російських військових, Володимир Путін оголосив про початок часткової мобілізації. Так, прихована мобілізація велася і до цього, але тепер війна стала "примусовою" для дуже широкої категорії осіб, в тому числі - мешканців тимчасово окупованих українських територій, включно з Кримом. 
Аналитика

Універсальний чек-ліст документів до міжнародних судових та квазісудових інстанцій

В рамках проведеного 10 серпня 2022 вебінару «Захист права власності в умовах збройного конфлікту», експертами РЦПЛ був підготовлений, зокрема, і універсальний документ-пам’ятка, що полегшить роботу всіх, хто так чи інакше задіяний у подачі документів у міжнародні судові/квазісудові інстанції. Документ складається всього з 6 сторінок, є наглядним та послідовним. Сподіваємось, він стане в пригоді юристам, адвокатам, […]
Аналитика

Кваліфікація дій військовий ЗС РФ як звичайних злочинів за Кримінальним кодексом України

ОБСЄ звернула увагу України на наведену некоректну практику переслідування російських військовослужбовців як звичайних злочинців за відповідними статтями, зокрема за такі злочини як незаконний перетин кордону, посягання на територіальну цілісність та інші.
Аналитика

Російський геноцид в Україні: 100 років винищення української нації

У процесі деокупації захоплених Росією територій стає відомо про вчинення РФ діянь, які, prima facie, мають ознаки злочину геноциду і в майбутньому можуть бути кваліфіковані як геноцид ад’юдикаційними установам різних рівнів.
Аналитика

Вплив на українську ідентичність в Криму. Витяг з дослідження.

Діяльність Російської Федерації в окупованому Криму призводить до істотноїшкоди об’єктам культурної спадщини України та світової культурної спадщини, щознаходяться на півострові. Перш за все, після початку окупації федеральноювладою РФ та місцевою окупаційною владою були привласнені всі об’єктикультурної спадщини, що знаходяться на території Криму. Окрім того, окупаційнавлада санкціонує вивезення матеріальних об’єктів культурної спадщини з Кримуна територію РФ […]